Skip to content

Храм Покрова Пресвятой Богородицы в Бутырской тюрьме

Narrow screen resolution Wide screen resolution Increase font size Decrease font size Default font size   
  Главное arrow Тюремное служение arrow Слово епископа Красногорского Иринарха,произнесенное в Покровском храме Бутырской тюрьмы в СИЗО-2 по завершении Литургии

Храм Покрова Пресвятой Богородицы в Бутырской тюрьме

O??aiiia neo?aiea

Skip to content
Слово епископа Красногорского Иринарха,произнесенное в Покровском храме Бутырской тюрьмы в СИЗО-2 по завершении Литургии Версия для печати Отправить на e-mail
Глубокоуважаемые руководители пенитенциарных учреждений города Москвы
Анатолий Николаевич и Сергей Вениаминович!
Дорогие отцы, братья и сестры!


Во-первых, я хотел бы передать благословение Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла и пасхальное поздравление Его Святейшества со Светлым Христовым Воскресением руководству и сотрудникам этого пенитенциарного учреждения, и всем тем, кто  находится здесь в заключении (ограничении) свободы, и приветствовать кратким жизнеутверждающим приветствием:
 
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!
 
Всякий человек переносит с трудом любое ограничение и ему всегда требуется мобилизация всех своих внутренних сил, чтобы сохранить в себе достоинство и человечность в чрезвычайно стесненных условиях лишения свободы, чтобы сохранить присутствие Бога в своей душе. Хотя, может быть, именно здесь, в заключении человек чувствует присутствие Божие более явственно, чем в других случаях жизни, и особо нуждается в никогда неоскудевающей помощи Божией.

Бутырский замок, построенный в свое время как Бутырская тюрьма, является уникальным архитектурным сооружением и это пенитенциарное учреждение исполнения наказаний, в котором должна сказываться, прежде всего, строгость и суровость закона, расположено так, что в центре его находится православный Покровский тюремный храм. И в этом храме Бога Живаго ощущаются, прежде всего, слова, исходящие из уст Божиих и звучащие со страниц Божественного Откровения: «Я милости хочу, а не жертвы» (Ос. 6, 6). Это, прежде всего, храм Всемилостивого Бога и Бога Отца нашего. Одновременно – это храм, посвященный Покрову Пресвятой Богородицы и Всемилостивой Заступницы нашей и всего рода христианского. В этом храме присутствуют священнослужители, которые совершают бескровную Евхаристическую Жертву и возносят молитвы о прощении прегрешений всех находящихся в этом учреждении, как заключенных, так и сотрудников, как родственников заключенных, так и всех тех, которые так или иначе по воле судьбы либо по собственному изволению оказался в стенах этого исправительного учреждения. Здесь совершается Литургия и заключенные, которые пребывают в узах неволи, могут прийти в храм помолиться, или, если нет возможности посетить храм, вызвать к себе священнослужителя и решить наболевшие духовно-нравственные проблемы.

Но не только заключенные нуждаются в храме, ибо всегда имеется множество сотрудников, которые являются православными христианами. Множество также и таких, которые, будучи крещеными, причисляют себя к православной культуре, у которых если и не постоянно, то иногда возникает желание постоять в храме и из глубины души воззвать к Богу. Бывает и так, что человек утратил кого-то из своих близких или друзей, либо человеку, обличенному погонами и властью, как зачастую бывает сегодня,  приходится бывать в региональных горячих точках, где идет самая настоящая война или  борьба с терроризмом, и он нуждается в посещении храма и молитвенном общении с Богом. В подобных условиях иногда человек становится инвалидом либо получает душевные травмы и нуждается в том, чтобы прийти в храм, зажечь свечу перед иконой святого и помолиться Богу о том, чтобы Господь укрепил его на жизненном пути.

Мне кажется поэтому, что здесь – в тюремном Покровском храме в Бутырском замке должны совершаться ежедневные богослужения и требы для заключенных. Мы понимаем, что храм находится в режимном учреждении системы исполнения наказаний и что в тюремном храме невозможно собрать вместе всех заключенных, желающих участвовать в богослужении, ибо в самом храме для такого количества лиц и места недостаточно. Да и вся жизнь заключенных, как, впрочем, и самих сотрудников системы, определяется строго определенными правилами и условиями тюремного режима. Но для Церкви весьма важен факт, чтобы священнослужители присутствовали в местах принудительного содержания на постоянной основе, регулярно совершали ежедневные богослужения и приносили бескровную Евхаристическую умилостивительную жертву Богу о прощении грехов лиц, заключенных в Бутырском замке, и совершивших смертные или обычные грехи и преступления. Чтобы священники, с одной стороны, могли бы в определенное время поисповедать человека, пребывающего в узах, и помочь ему раскаяться в совершенных прегрешениях, а с другой стороны – обеспечить заключенных, не имеющих со стороны их совести препятствий, возможностью приобщиться Святых Христовых Таин, а также участвовать и в других Таинствах Церкви. При этом важны не только общие проповеди в тюремном храме или во время занятий по катехизации, но и индивидуальные собеседования священнослужителей с заключенными, во время которых имеется возможность ответить на самые глубинные вопросы и разрешить духовно-нравственные проблемы, запутавшись в которых человек совершает многие преступления, в итоге которых оказывается в местах принудительного содержания за колючей проволокой.

Все мы хорошо знаем, что если с самого детства ребенок посещает храм, то он с юного возраста подвергается духовно-нравственному воздействию от благодатной атмосферы храма и, самое главное, воспитывается в вере и нравственности от собеседования со священнослужителем во время Таинства Покаяния – Исповеди. Часто бывает и так, что ребенок, может быть, даже своим родителям ничего не скажет о своих внутренних переживаниях, а священнику расскажет все и обо всем спросит у пастыря Церкви – все это позволяет решать наболевшие детские вопросы. Само церковное Таинство Исповеди есть тройственная тайна между Богом, принимающим покаяние человека, кающимся грешником и священником, облеченным властью «вязать и решить» грехи человеческие и являющимся свидетелем покаяния человека. Постепенно ребенок становится юношей, а затем и взрослым человеком, и уже по привычке, воспитанной в его душе и сердце Церковью, каждый раз по мере потребности своего духа приходит к священнослужителю, чтобы своевременно разрешить свои духовно-нравственные проблемы и не доводить себя до степени духовного заболевания, способного привести человека к рабству греху, утрате нравственной свободы и возможности совершения преступлений сначала в душе, а потом и на деле.

Священник не заменяет собой ни врача, ни психолога, ни психиатра, ни кого-либо другого из медицинского персонала. Священник, прежде всего, есть врач душ человеческих, он есть совершитель церковных Таинств и духовный пастырь Церкви Христовой. Он пастырь душ человеческих и должен заниматься тем, к чему призван – его никто не может заменить. Как врач делает свое обычное дело, излечивая больных от заболеваний, так и священник, находясь в духовной врачебнице, излечивает человека от его духовных проблем и нравственных травм. И излечивает не своей силой, а силой благодати Божией, которую мы получаем через участие в Таинствах Церкви и, прежде всего, в Таинствах Покаяния и Причащения Святых Христовых Таин.

Закон гарантирует нам не только свободу совести и вероисповедания гражданина страны, но и свободу участия человека во всех церковных Таинствах. И мы видим, что здесь в пенитенциарном учреждении руководство предпринимает по мере возможности все силы к тому, чтобы и закон соблюдался, и Церковь могла присутствовать в учреждении, не ущемляясь режимными условиями СИЗО, чтобы священнослужители в суровых условиях тюремного режима могли исполнять свои литургические и духовно-пастырские обязанности, предоставляя возможность участия в Таинствах не только заключенным, но и всем желающим сотрудникам учреждения.

Все церковные Таинства должны быть доступны для каждого человека не только на свободе, но и в заключении. Даже самый закоренелый преступник не может быть лишен участия в Таинствах, если священнослужитель, принимающий его раскаяние в содеянных преступлениях, не усмотрит к этому препятствия, поскольку в законодательных актах Синодальной эпохи, не утративших силы и поныне, указано: «Кающегося и исповедующего грехи свои, какие бы ни были, к Причастию Святых Тайн пропускать безотложно, ведая, что Бог истинно кающихся приемлет скоро». А в 1734 году Святейший Правительствующий Синод издал указ, определяющий: «Ни за какие вины от входа церковного не отлучать и треб церковных не лишать. Ибо без благословения епископского священник не имеет права наложить запрещения».

Надобно помнить, что первым человеком, получившим от Христа прощение, был распятый вместе со Христом благоразумный разбойник, раскаявшийся перед своей мучительной смертью прямо на лобном месте. Раскаяние, исцеляющее не только поврежденную грехом душу, но и всю человеческую природу, должно произойти в человеке еще до смерти, ибо после смерти нет места покаянию, а, значит, и нет прощения совершенных и нераскаянных при жизни грехов.

Сегодня мы привезли с собой часть книг для церковной библиотеки тюремного храма. Это, прежде всего, труды профессора Алексея Ивановича Осипова, среди которых один его основных трудов, по которому читаются лекции в Московской Духовной Академии и других духовных учебных заведениях нашей Церкви – «Путь разума в поисках ИСТИНЫ», а также «Носители ДУХА», в котором изложены наставления о духовной жизни. Эти книги присланы профессором специально для распространения среди заключенных и прочтения ими. И сегодня мы хотели бы вручить Вам, Сергей Вениаминович, как начальнику пенитенциарного учреждения эти книги профессора А.И.Осипова, чтобы все желающие заключенные могли получить их в храмовой библиотеке и ознакомиться с трудами профессора, который является преподавателем духовной школы и учителем всех здесь присутствующих священнослужителей, включая и меня лично. Мы слушали его лекции еще в атеистические советские времена, восхищались его словами и воспитывались в утверждении веры нашей, чтобы была она верой от чистого сердца, без фанатизма и духовно-нравственных уклонений, воспитанная на христианских принципах Евангельского учения, преподанного нам Самим Господом Иисусом Христом и сохраненного в Предании Церкви.

Также хотел бы сегодня в Светлый Понедельник вручить Вам, Сергей Вениаминович, это пасхальное яйцо как символ жизни и Воскресения, чтобы пасхальный свет, который через Церковь обильно изливается в эти дни на всю страну нашу, включая и все пенитенциарные учреждения, который касается и вашего сердца, и сердец подчиненных вам сотрудников, и всех заключенных, которые вверены вашему охранению и попечению согласно возложенного на Вас государственного долга. Желаю вам помощи Божией в Ваших трудах по обеспечению правопорядка в пенитенциарном учреждении.

Во все времена и во всех государствах были тюрьмы, они есть сейчас и будут в предстоящем будущем, потому что всегда существовали лица, нарушающие закон и подлежащие изоляции от гражданского общества – наше государство и наше общество всегда будут встречаться с категорией людей, нарушающих закон. Все мы понимаем также, что всегда будут и такие люди, которые несознательно, а лишь по воле случая совершили преступление и оказались «в местах не столь отдаленных», как именуются они устами народа. Бывает, конечно, и так, что невинный человек по каким-либо причинам попадает под осуждение, хотя такие случаи происходят в меньшинстве, и Церковь должна помочь им перенести все тяготы жизни, выпавшие на их долю, чтобы они в неимоверно тяжелых для обычного человека условиях заключения под стражу смогли сохранить свое человеческое достоинство и не утратили в себе способности возвращения в гражданское общество и обретения заново своего места в жизни после освобождения. Однако мы хорошо понимаем, что преобладающее большинство лиц, находящихся в заключении, совершили тяжкие преступления и справедливо лишены свободы. И тем не менее, человек всегда остается человеком и нуждается в отдушине – всем людям, невзирая на их виновность перед законом, должна быть гарантирована свобода совести и вероисповедания в условиях несвободы, а также возможности свободного участия в Таинствах Церкви, о чем уже было сказано сегодня.

Государство и общество ставят сегодня перед ФСИН России задачи по реформированию пенитенциарной системы и участие Церкви в этом процессе не должно ограничиваться только духовно-пастырским попечением, чем мы преимущественно занимались последние 20 лет в сфере церковного тюремного служения, хотя поначалу и предполагалось, что мы входили в учреждения УИС с одной лишь целью организации богослужений и обеспечения доступности Причастия и Исповеди исключительно для заключенных. Но сегодня сама жизнь ставит перед Церковью более широкие задачи, поскольку если мы духовно окормляем заключенных в течение 5-ти, 10-ти или 15-ти лет, то Церковь также не должна бросать человека и оставлять его без духовно-пастырского попечения, когда он выходит на свободу. Хотя бы первое время Церковь должна оказать определенную заботу о верующих заключенных, которые во время заключения пришли к вере и состояли в религиозных общинах при тюремных храмах в местах принудительного содержания.

Я говорю о процессе ресоциализации заключенных перед освобождением и в течение некоторого времени после выхода на свободу – помощи заключенным, которые во время пребывания в режимных условиях УИС, находясь на всем готовом,  утрачивают способность жить в гражданском обществе, самостоятельно обеспечивать себя и вновь влиться в гражданское  общество на равных с другими членами общества. Священнослужители должны содействовать этому процессу ресоциализации заключенных, но не только священники, но и миряне-волонтеры, которые должны трудиться в данном направлении совместно с пенитенциарными учреждениями, их сотрудниками, вместе с правоохранительными органами и правозащитными организациями, вместе со всем гражданским обществом нашей страны.

Лицо, пребывающее в узах, как никакой другой человек  нуждается во внимании и духовно-пастырском окормлении Церкви. Причем, если духовно-пастырская работа ведется с заключенными в условиях пенитенциарного учреждения (пенитенциарные учреждения России посещаются более чем тысячью священнослужителями), то после освобождения бывший осуждённый оказывается один на один с действительностью, от которой он отвык за годы отбывания наказания. Как ни тяжелы условия в исправительных учреждениях, но людям там предоставляются определенные условия казенного содержания, питания и обихода, – на свободе же он должен самостоятельно обслуживать себя и восстанавливать утраченные навыки жизни в обществе. Дело даже не в том, чтобы помочь ему материально, но начав его духовное возрождение в условиях заключения, мы должны не потерять его духовное расположение и принадлежность к Церкви после освобождения, продолжить работу по его воцерковлению на свободе и помочь ему усвоить внутри себя общественную реабилитацию и возвращение в гражданское общество. На сегодня данная работа является одним из важнейших направлений деятельности Синодального отдела по тюремному служению.

После создания Синодального отдела Московского Патриархата по тюремному служению определенные усилия были направлены на то, чтобы в проекте Соглашения между Русской Православной Церковью и Федеральной службой исполнения наказаний была представлена необходимость духовного окормления сотрудников учреждений, подчас нуждающихся не в меньшей духовной опеке, чем осуждённые в связи с психологическим давлением обстановки тюремного быта. Были внесены упоминания и о проведении работы с родственниками осуждённых и сотрудников, а также курсантами учебных заведений ФСИН Росси.

Сегодня, после совершения Божественной Евхаристии в тюремном Покровском храме, сооруженном посреди Бутырского замка и предназначенного для духовно-пастырского окормления заключенных в Бутырской тюрьме, я хотел бы пожелать, чтобы сотрудничество ФСИН России и Русской Православной Церкви продолжало успешно развиваться в более широком масштабе, а священнослужители, несущие послушание в местах лишения или ограничения свободы, образовали собой институт тюремных священнослужителей, то есть, будучи освобожденными от приходского служения на других приходах, на постоянной основе совершали свое священнослужение только в тюрьмах и иных пенитенциарных учреждениях. На западе среди протестантских Церквей он именуется институтом тюремных капелланов, который состоит не обязательно из одних только священнослужителей, но и мирян. Но для православного самосознания весьма затруднительно представить тюремного капеллана не священнослужителем, а мирянином-волонтером. Поэтому мы избегаем этого слова «тюремный капеллан», а просто именуем как «тюремных священнослужителей». Эта задача остро поставлена сегодня перед нами и еще не все ясно, как будет продвигаться ее решение в церковную жизнь. Однако Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, проходивший в Москве в феврале прошлого года, соборным самосознанием поручил Синодальному отделу Московского Патриархата по тюремному служению вместе с епархиальными архипастырями работать над этой задачей. Много пастырей в регионах, занятых послушанием в сфере тюремного служения, успешно решают эту задачу, поставленную перед нами на Архиерейском Соборе.

Мы надеемся также, что и материальные основы будут изысканы и в качестве фундамента подведены под этот институт тюремных священнослужителей, который обязан получить свое оформление и развитие в ближайшие годы. И, как это было в дореволюционной России, Церковь будет вносить свой весомый вклад в развитие права заключенных на свободу совести и вероисповедания, оказывая помощь сотрудникам ФСИН России в решение многих проблем пенитенциарной системы, унаследованных от времен гонений на веру и репрессий по отношению к гражданскому населению нашей страны, создавая гарантированные условия для сохранения заключенным достоинства человека и сохранения в себе веры и нравственности.

Я обращаюсь также с пасхальным приветствием к присутствующим здесь ветеранам следственного изолятора, находящимся на пенсии, однако принимающим активное участие в работе учреждения и передаче опыта в качестве наставников молодым сотрудникам. Многие из вас, восприняв веру Христову как руководство к действию, вместе с Церковью стали волонтерами тюремного служения, пересмотрев ранее исповедуемые взгляды в сторону добра и благодеяния. Бесспорно, институт тюремного заключения присущ каждому государству и  государственные служащие, исполняющие возложенные на них тягостные как для тела, так и для души обязанности, достойны и поощрения. Не скрывая неоднозначного отношения общества к социально значимым аббревиатурам ОГПУ и НКВД, мне хотелось бы вспомнить сегодня тех бойцов на фронте, выходцев из этих органов, которые совершили немало подвигов в период борьбы с немецко-фашистскими захватчиками, а в новейшее время исполняли воинский долг в горячих точках и региональных конфликтах, где шла самая настоящая война по борьбе с терроризмом и сохранению мирной жизни граждан и священных рубежей нашего общего земного Отечества – России.

Позвольте еще раз поздравить всех вас, присутствующих на богослужении в православном тюремном храме Покрова Пресвятой Богородицы, с праздником Светлого Христова Воскресения и пожелать вам всем здравия и спасения, крепости душевных и телесных сил, и многих лет жизни.

Призываю на вас благословение Божие, которое неотступно да пребывает на всех вас!
 
ВОИСТИНУ ВОСКРЕСЕ ХРИСТОС!
 
Иринарх, епископ Красногорский, викарий Святейшего Патриарха Московского и всея Руси, председатель Синодального отдела Московского Патриархата по тюремному служению
 
 
16 апреля 2012 года
Пасха Христова – Светлый Понедельник
Бутырский тюремный замок
город Москва
 
 
 
< Пред.   След. >

Поделиться на Facebook

Другие способы помочь заключенным